Приветствую Вас Гость | RSS

Персональный сайт Антона Первушина

Среда, 15.08.2018, 17:59

Юрий Гагарин: один полет и вся жизнь

Первушин А. И.

П 26 Юрий Гагарин: Один полет и вся жизнь. Полная биография первого космонавта планеты Земля / Антон Первушин. — СПб. : ООО «Издательство «Пальмира» ; М. : ООО «Книга по Требованию», 2017. — 671 с. — (Серия «Пальмира_Биография»).

ISBN 978-5-521-00287-0

Эта книга является не только масштабным исследованием жизни и подвига первого в мире космонавта Юрия Гагарина, но и историей советского ракетостроения. В ней рассматриваются разнообразные подходы к исследованию Вселенной и роли в них человека — как абстрактного, так и конкретных героев космоса.

УДК 629.7(09)

ББК 39.6г

© Первушин А. И., 2017.

© Оформление. ООО «Издательство «Пальмира», АО «Т8 Издательские Технологии», 2017.

Книгу можно приобрести в магазинах:

 

 

 

 

 

Содержание

Предисловие

Часть первая. ПРОСТАЯ СОВЕТСКАЯ СЕМЬЯ

Глава первая. Гагарины из Клушина

Глава вторая. Жизнь в захолустье

Глава третья. Звёздный мальчик

Глава четвертая. В тылу врага

Глава пятая. Мечта о небе

Глава шестая. Освоение ремесла

Глава седьмая. Энтузиаст космонавтики

Глава восьмая. Культ героя

Глава девятая. Выбор пути

Глава десятая. Подняться в небо

Часть вторая. ВСЁ ВЫШЕ И ВЫШЕ

Глава одиннадцатая. Прирожденный летчик

Глава двенадцатая. Первые погоны

Глава тринадцатая. Любовь курсанта

Глава четырнадцатая. Проблемы с реактивными

Глава пятнадцатая. Первые спутники

Глава шестнадцатая. За полярным кругом

Глава семнадцатая. Космос как предчувствие

Глава восемнадцатая. Приглашение в будущее

Глава девятнадцатая. Критерии отбора

Глава двадцатая. Двадцать лучших

Часть третья. КОСМИЧЕСКИЕ СТУПЕНИ

Глава двадцать первая. Проект «Восток»

Глава двадцать вторая. Испытание на прочность

Глава двадцать третья. Засекреченные катастрофы

Глава двадцать четвертая. Тренажерный минимум

Глава двадцать пятая. Страшная тайна

Глава двадцать шестая. Трое избранных

Глава двадцать седьмая. Двенадцатое апреля

Глава двадцать восьмая. День космонавтики

Глава двадцать девятая. Во имя рекордов

Глава тридцатая. Исследователь на орбите

Часть четвертая. РОЖДЕНИЕ ЛЕГЕНДЫ

Глава тридцать первая. Эффект Гагарина

Глава тридцать вторая. Советский момент

Глава тридцать третья. Синдром Титова

Глава тридцать четвертая. Делегат съезда

Глава тридцать пятая. Космическая инициатива

Глава тридцать шестая. Небесные братья

Глава тридцать седьмая. Женщина в космосе

Глава тридцать восьмая. Звёздный городок

Глава тридцать девятая. Политика и литература

Глава сороковая. К вопросу о боге

Часть пятая. НА ПОРОГЕ ВЕЧНОСТИ

Глава сорок первая. Шаг к Луне

Глава сорок вторая. Космический линкор

Глава сорок третья. Открытие космоса

Глава сорок четвертая. Тема «Союз»

Глава сорок пятая. Жертва гонки

Глава сорок шестая. Тема для диссертации

Глава сорок седьмая. Психология и космос

Глава сорок восьмая. День рождения

Глава сорок девятая. Последний полет

Глава пятидесятая. Музей будущего

Послесловие

Хроника жизни Ю. А. Гагарина (1934-1968 гг.)

Библиография

 

Предисловие

История советской космонавтики фальсифицирована.

К такому неутешительному выводу приходишь, когда начинаешь изучать ее глубже информационного слоя, содержащегося в сообщениях ТАСС или научно-популярных книгах. Разумеется, далеко не всё, что мы знаем о советских космических достижениях, — фальшивка. Наоборот, значительных достижений хватало, и многие из них до сих пор вызывают благоговение. Больше того, российская космонавтика, само существование которой автоматически делает нашу страну одной из сверхдержав, развивается благодаря колоссальному заделу, доставшемуся в наследство от СССР. Однако проблема в том, что реальные факты о становлении космонавтики разительно отличаются от интерпретаций, которые давала советская пропаганда и которые предлагает сегодня публицистика.

Можно ли всерьез обсуждать космическую проблематику и гордиться достижениями, если даже официальная историография изобилует фактическими ошибками, пропагандистскими уловками и пробелами, которые никто не спешит заполнить? Как получилось, что самый величественный научно-технический проект Советского Союза, изменивший ход цивилизации, остается малоизученным, провоцирующим волны нелепых слухов и дилетантских дискуссий?

Назову три причины, хотя их, конечно, больше.

Первая причина — стратегия засекречивания подробностей, связанных с военно-политической деятельностью. Космонавтика, как известно, является во многом продуктом «холодной войны», то есть жесткого противостояния между СССР и США в геополитическом пространстве. Но если в США в конце 1950-х годов сумели частично оторвать ракетно-космическую отрасль от военно-промышленного комплекса, создав «гражданскую» структуру в виде НАСА, то в Советском Союзе «родительская» связь оставалась преобладающей до его развала в 1991 году. Поэтому любой, включая научные, запуск пилотируемого корабля или беспилотного аппарата на орбиту, сопровождался мощной дезинформационной кампанией, призванной скрыть реальные технические детали и отчасти цели запуска, что позднее неизбежно приводило к путанице в интерпретациях, прослеживаемую даже в мемуарах непосредственных участников событий. Хуже того, на важнейшие документы, в которых содержатся подробности подготовки и осуществления запусков, немедленно накладывался гриф «совершенно секретно», после чего они отправлялись в архивы, из которых извлечь что-либо проблематично и по сей день. В результате из истории выпали десятки, если не сотни, интереснейших проектов (например, советские лунная и марсианская программы), о которых мы узнаем по обрывкам информации, но которые, безусловно, формировали облик реальной космонавтики.

Вторая причина — политика замалчивания проблем и сбоев, ставшая традицией с середины 1930-х годов. Идеологического здание сталинского СССР возводилось на превознесении достоинств «самого прогрессивного общественного строя» и порицании любых альтернатив, что накладывало известные ограничения на информацию, распространяемую от лица государства. Некоторое время идеологическая цензура обходила стороной научно-технические процессы. Всё изменилось после того, как 30 января 1934 года погиб экипаж стратостата «Осоавиахим-1», рекордный полет которого был устроен в честь XVII-го съезда ВКП(б), и предвкушаемый триумф обернулся жуткой трагедией, на которую откликнулась «буржуазная» пресса. В итоге на правительственном уровне было приказано запретить публикацию каких-либо данных о полетах в стратосферу без специального разрешения, и этот норматив распространили впоследствии на авиацию и космонавтику. В итоге официальная хроника превратилась в сплошную череду великих достижений и блистательных побед, хотя, конечно, любому взрослому человеку понятно, что побед без проблем не бывает. Последствия такой политики в общем-то предсказуемы: с одной стороны, за счет пустой декларативности девальвировался подлинный подвиг работников ракетно-космической отрасли, включая космонавтов, с другой — западные средства массовой информации в опоре на слухи, утечки и крупицы разведывательных данных выстраивали совершенно мифологическую картину, которая по сей день оказывает значительное влияние на восприятие советской космической экспансии в мировом сообществе и исследовательской среде. Тут достаточно вспомнить душераздирающие байки о тайных жертвах советской космонавтики, на которые, бывает, ссылаются и вполне авторитетные ученые.

Третья причина — «клановая» борьба внутри самой ракетно-космической отрасли, когда руководители предприятий и бюро с целью принизить достижения «конкурирующих фирм» вмешивались в процесс сохранения наследия. Хрестоматийным примером стало уничтожение архива лунной ракеты «Н-1», работу над которой, конечно, нельзя назвать особенно успешной, но изучение которой раскрыло бы многие интересные страницы недавней истории. Есть и более неприглядные факты, когда заслуги одних специалистов приписывались другим. Впрочем, подобным мифотворчеством злоупотребляло и высшее советское руководство — чего стесняться-то? Как известно, у победы множество отцов, а поражение — всегда сирота. Однако и здесь негативный эффект вполне очевиден: принадлежность к тому или иному «клану» накладывает отпечаток на отношение к истории, поэтому попытки докопаться до истины зачастую встречают яростное сопротивление. Ситуацию исправил бы институт независимой экспертизы, но кому выгоден такой институт и кто будет с ним работать, если даже небольшие группы энтузиастов не могут договориться друг с другом?

Как видите, мотивов для тотальной фальсификации более чем достаточно. И она, увы, пронизывает любой эпизод, что делает историю советской космонавтики зависимой от публицистических толкований: в произвольный момент подвиг можно назвать преступлением, достижение — провалом, значительное событие — ничтожным действом. Не обошлась без фальсификаций и биография Юрия Алексеевича Гагарина.

Его имя знакомо нам с детства, а его звучная фамилия стала нарицательной, обозначением человека, который первым сумел вырваться за границы освоенного мира, преодолеть законы природы, сделать сказку реальностью. Мы привыкли гордиться тем, что Гагарин — наш соотечественник, что наши родители были его современниками. Однако я возьмусь утверждать, что при всём этом именно биография первого космонавта планеты остается наиболее искаженной в части фактов и интерпретаций. Можно даже сказать, что она остается наиболее наглядным примером искажения исторической правды в угоду политической конъюнктуре, а самое печальное, что в этом процессе пришлось принять участие и самому Юрию Алексеевичу.

Существует четкая граница между двумя массовыми интерпретациями биографии Гагарина: советской и постсоветской. Хронологически она проходит по апрелю 1991 года, то есть по тридцатилетнему юбилею его триумфального полета. Советская интерпретация создавалась в условиях жесточайшей цензуры, когда первому космонавту, не говоря уже о других причастных, не дозволялось публично высказываться о конструкции его корабля или, например, о его сослуживцах, готовящихся к новым рейсам на орбиту. Со временем сокрытые детали становились известны, причем они входили в заметное противоречие с тем, что было сказано ранее, но однажды выстроенный образ и не думали менять. В 1992 году на смену диктатуре идеологии пришла диктатура рынка, и хотя появилось множество рассекреченных документов, журналисты и авторы исторической прозы предпочитали отдавать предпочтение «сенсационным подробностям», а не тем фактам биографии космонавта, которые открывали для нас настоящего профессионала в его развитии.

Хотя обе массовые интерпретации кажутся взаимопротиворечащими, в них есть много общего. Признавая подвиг Юрия Гагарина, их авторы изображают космонавта не в качестве «субъекта», а в качестве «объекта», не в качестве «испытателя», а в качестве «испытуемого». Верный сын Коммунистической Партии, согласно советской интерпретации, и баловень судьбы, в одночасье вознесенный на вершину социального Олимпа, согласно постсоветской интерпретации, ничем в сущности не отличаются друг от друга. И там, и там нам доказывают, что вся заслуга Юрия Алексеевича якобы состояла в том, что он оказался в нужное время на нужном месте, что его выбрали за улыбку, что любой справился бы, что нет ничего особенного в его полете на орбиту, что его работа там свелась к пассивному ожиданию, что его дальнейшая деятельность имела значение только для пропаганды в рамках идеологической борьбы. И так далее, и тому подобное. Поскольку обыватель обычно не вникает в тонкости, то он принимает одну из двух интерпретаций согласно своим убеждениям, не подозревая даже, что его кормят всё той же мифологией, которая имеет лишь разный политический подтекст. И это, конечно, обидно. Первый космонавт планеты не заслужил такого отношения к себе!

Я прочитал множество биографий Гагарина и на страницах этой книги неоднократно обращусь к ним, чтобы продемонстрировать, как менялись интерпретации. С большим сожалением вынужден признать, что ни одна из них не избежала воздействия мифологии, посему более или менее достоверного рассказа о первом космонавте нет до сих пор. Здесь я попытаюсь провести реконструкцию его жизни, наиболее полную из возможных, особо обозначив эпизоды, которые требуют дополнительного изучения по мере рассекречивания архивных документов. Где-то нам придется довериться очевидцам, поскольку отдельные моменты не имеют документального подтверждения. Где-то нам придется прибегать к источникам, имеющим лишь косвенное отношение к заявленной теме. Где-то нам необходимо будет провести параллели между советскими и американскими реалиями, чтобы на контрасте увидеть, почему фальсификации вредны космонавтике и не могут найти оправдания в апелляции к историческому контексту.

Пришло время поговорить о Юрии Алексеевиче Гагарине всерьез. Ведь только через серьезный, без скидок, без преувеличений и преуменьшений, разговор и можно по-настоящему разобраться, что он сделал для страны, мира и каждого из нас.

Знаете, каким он парнем был?.. Я расскажу!

Глава 1 >